Перед тем, как Краснопресненский суд должен был вынести решение о мере пресечения для нашего коллеги, бывшего директора Гоголь-Центра А.А.Малобродского, я обратился в суд с письмом, в котором просил об одном: на период следствия, пока еще не выяснено «виноват-не виноват» и т.д., не сажайте человека за решетку. И был уверен, что суд меня услышит. Почему я был в этом так уверен, объясню.

Вот я читаю послание Президента В.В.Путина Федеральному Собранию: «…в делах по экономическим преступлениям использовать заключение под стражу лишь как крайнюю меру, а вместо этого применять залог, подписку о невыезде или домашний арест». Всё! Как эту позицию Главы государства можно игнорировать?! Оказывается, можно.

Малобродского обвиняют не в убийстве, не в терроризме, даже не в злостном хулиганстве. Его обвиняют в том, что он не так потратил государственные деньги. Чисто экономический проступок. А что с ним сделали? К нему применили крайнюю меру, заключили под стражу как злостного преступника. Зачем, хочу я спросить? Он что – сбежит? Наденьте на него браслет. Ведь есть и такая возможность. Но вместо этого посадили человека на тюремную баланду (за наш с вами счет, между прочим), и еще не виновного, не осужденного будут держать за решеткой.

Неправильно все это.